Главная » Статьи » Фотодокументалистика как путь к себе. Итоги летнего фотопрактикума «Визуальные документы»

Фотодокументалистика как путь к себе. Итоги летнего фотопрактикума «Визуальные документы»

С 1 по 8 июля 2009 г. Центр фотографии в Минске проводил Летний фотопрактикум «Визуальные документы». Посвященный теме «документальная фотография», форум собрал 42 участника из разных стран мира (Беларусь, Россия, Молдавия, Украина, Швеция, Нидерланды). В качестве руководителей рабочих групп были приглашены фотографы Игорь Мухин (Москва, Россия), Йенс Ластхейн (Стокгольм, Швеция), Кун Гуртс (Гаага, Нидерланды), Владимир Парфенок (Минск, Беларусь), Билл Крэндалл (Вашингтон, США), Гертьян Корнелиссен (Эйндховен, Нидерланды). Итогом события стали шесть ярких фотопроектов (по количеству рабочих групп), раскрывающих потенциал и уникальность «документальной природы фотографии», а также маркирующих состояние современного общества Беларуси.

Расставить все точки над «i» прошедшего события, а также обозначить дальнейшие приоритеты Центра фотографии в Минске я попросила Алексея Шинкаренко, главного организатора Летнего фотопрактикума и руководителя Центра фотографии.

– Алексей, каковы были основные задачи фотопрактикума «Визуальные документы»?

– Думаю, что можно сформулировать главную задачу, которой сопутствовали решения других, косвенных задач, так – сделать качественный продукт, событие в белорусской фотографии. Этот год был для нас очень динамичным, и каждый проект, организованный Центром, являлся продолжением, ступенькой к следующему.

Первой пробой создания события международного масштаба стало портфолио-ревю. Мне кажется очень важным для школы белорусской фотографии факт выхода во внешнее пространство, контакт с внешним миром. Для любой традиции вариться в собственном соку хорошо только поначалу – дальше же начинается повторение увиденного и созданного. В данном контексте портфолио-ревю как раз открыло это «окно в мир», через которое бьет свет и в ту и в другую сторону: мы начинаем воспринимать себя через отражение от внешнего пространства, и – с другой стороны – внешнее пространство начинает нас идентифицировать. Этот важный момент контакта с миром и хотелось закрепить на примере Летнего фотопрактикума. Итак, как таковая главная задача была – создать хорошее событие. Одновременно происходило решение других, косвенных задач, которые не были изначально сформулированы. Это и продолжение работы со Школой, формирование традиций того, что мы в дальнейшем можем назвать «минской школой», и привлечение внимания людей, которые были бы также заинтересованы в развитии белорусской фотографической культуры и фоторынка, и развитие партнерских отношений, и, собственно, пополнение портфолио Центра Фотографии. В целом же, подчеркну, архиважен был факт самого события.

– Вы обрисовали ситуацию как бы «изнутри», Алексей. Но интересно: а ощущалась ли потребность в подобном событии извне? Созрела ли фотографическая общественность для «Визуальных документов»? Наблюдался ли спрос на фотопратикум со стороны фотографов?

– Здесь нет однозначной реакции. Первоначального спроса на фотопрактикум не было. У нас пока не сформирована культура и адекватное отношение к фотографическому образованию в целом. Отсюда возникло множество вопросов в отношении мероприятия, главный из них – люди не готовы платить деньги за работу в команде над проектом, под руководством опытного фотографа-мастера, и не понимают, за что именно нужно платить. Поэтому это был больше шаг с нашей стороны – своеобразное стимулирование ситуации, чем удовлетворение спроса на международные проекты.

Проект вызрел в нашей организации, не во внешней среде фотографического сообщества. Для нас – это инвестиции в белорусскую фотографию, инвестиции в будущее. Я уверен, что если не сейчас, то спустя время люди поймут и оценят, насколько это было важно.

– И все же можно ли уже сейчас, исходя из результатов, говорить о том, что фотопрактикум стал катализатором формирования белорусского фотографического сообщества, некой субкультуры?

– Скорее, можно говорить о том, что в основание этих понятий заложены первые камни. Опять же одна из основных задач нашей организации – это формирование сообщества людей, которые понимают, что важно и что нужно для роста Автора, Фотографа. Один из рычагов, который может ускорить этот процесс, – демонстрация преемственности в фотографической среде. Необходимо обратить внимание людей – к чему мы совершенно не привыкли – на то, что в каждой стране, где развивается фотографическая культура, есть своя история фотографии, свои авторитеты.

Если проанализировать, к примеру, западную практику, то мы увидим, что большинство фотографов с именами не появились из пустоты: это всегда люди, связанные с предыдущим поколением фотографов, либо чутко реагирующие на проявления времени, состояние общества, которое было сформировано на тот момент. Взять ту же американскую историю – проект Эдварда Стейхена «Род человеческий», в котором молодые фотографы (Г. Виногранд, Д. Арбус) выставлялись с опытными мастерами. Проект галереи «291» Альфреда Стиглица повлиял на взгляды Ман Рэя и Эдварда Стейхена, а журнал «Камера Уорк» стал стартом для многих молодых авторов: например, для Пола Стрэнда. Прослеживая биографии известных фотографов, мы встречаем записи: Ральф Гибсон — ассистент у Доротеи Ланж (с 1961 по 1962); ассистент у Роберта Франка (с 1967 по 1968).

Это говорит о том, что всегда есть взаимосвязь между мастером и учеником – и без этого фотограф не может вдруг появиться. Фотограф при всей его индивидуальности – это элемент взаимодействия с социумом, это, в любом случае, взаимоотношения. И в этих взаимоотношениях очень важна взаимосвязь с поколениями, с другими культурными средами. Сегодня, если мы говорим о школе, – мы говорим о сообществе. Если говорим о традиции, – то о преемственности, о некой субкультуре, объединении. И по итогам прошедшее событие продемонстрировало то, что некий камень в основание этих понятий заложен. Сорок человек, которые приняли участие в проекте, за этот короткий срок сплотились очень сильно. У них есть общие темы для обсуждения и совместный опыт.

– Сегодня многие темы в белорусской фотографии требуют глубокой проработки. Почему вы остановились на документальной фотографии? И, собственно, существует ли сегодня такой термин как «документальная фотография», скажем так, в постмодернистском обществе с его разнообразием репрезентаций?

– Когда появилось желание развивать фотодокументалистику, у меня было четкое представление о том, что я могу разделить фотографию на ту, которая уводит нас от жизни, предлагая некое иллюзорное пространство, и на ту, которая возвращает к тому, что есть жизнь со всеми ее трудностями, решениями, задачами и т.д. Документальная фотография именно в таком абстрактном определении – как фотография, которая помогает разобраться в наших жизненных вопросах, видится мне наиболее актуальной для Беларуси и поэтому мы решили уделить внимание именно этому направлению.

Конечно, я не говорю о том, что не документальная сторона фотография не должна развиваться. Но мне кажется, что у нас сейчас переизбыток вот этой другой стороны – мы утопаем в неких иллюзорных мирах, которые сегодня создают фотографы. По разным причинам: ради удовлетворения собственных амбиций, разнообразных возможностей работы в Фотошопе, используя фотоаппарат исключительно как инструмент художника… Причин множество. Я за то, чтобы сейчас существовал баланс этих двух составляющих, а не преобладание одного. У нас много иллюзорного в нашем белорусском пространстве, в нашем белорусском «климате». А хочется работать не с иллюзиями, а с жизнью. Здесь привычней было бы слово «реальность», но его употребление всегда подразумевает контекст. Поэтому я буду использовать слово «жизнь». Хочется увидеть позицию относительно нашей жизни вокруг. Особенно это важно для молодых фотографов, которым на раннем этапе нелегко себя определить, найти свое лицо. Пытаясь утвердить себя в нашем фотографическом сообществе, работая с иллюзорными явлениями, они еще больше дистанцируются.

Разумеется, что можно показывать то, что приятно и удобно смотреть, и что ничего не меняет. Но в то же время можно и важно говорить напрямую. Художественное направление, назовем его условно так, оно и само будет развиваться. А документальная фотография, как и документальный кинематограф, не может развиваться без поддержки. Гламур, рекламная, фэшн-фотография всегда сможет себя прокормить. В случае фотодокументалистики, речь идет о долгосрочных инвестициях, о вложении в культуру общества, в нашу идентификацию, в повышение нашего самосознания.

Подчеркну, мы не просто хотим выйти с лозунгами «Даёшь документальную фотографию! Долой гламур, иллюзию и преукрашивание!», мы можем вооружиться революционными идеями ранних периодов конструктивизма, но это сейчас не сработает. В нашем случае речь идет о пропорциях. Чтобы дальше в белорусской фотографии развивались оба направления – сейчас важно поддержать фотодокументалистику.

К тому же, на мой взгляд, именно документальная фотография и способна сформировать лицо белорусской фотографии. У нас нет тех денег, того рынка, который может развивать коммерческую фотографию. В то же время, у нас особая среда – так почему же не визуализировать её, не заниматься ее анализом? Особая среда, жизнь, и в изучении её фотодокументалистика как раз наиболее актуальна. Люди не появляются ниоткуда, также происходит и с фотографией. Для того, чтобы белорусская фотография заявила о себе, необходимо свежее пионерское решение, которое рождается из неслучайного стечения обстоятельств. Мне кажется, что получить это решение как раз и возможно, развивая направление документальной фотографии.

Что касается второй части вашего вопроса, то на фотопрактикуме каждый их фотографов, руководителей рабочих групп предложил свое видение этого термина. И в этом я не вижу проблемы. Молодой автор получил сразу несколько интерпретаций этого понятия – ему предоставлен выбор. Это очень важно. Мы отвыкли от выбора, в нашем культурном сообществе нас приучают к определенной трактовке, четкой формулировке, и тем самым мы лишаемся возможности, опыта выбирать. В нашем же случае участникам самим, исходя из увиденного материала, проделанной работы, предоставленных версий, предстоит определить для себя этот термин, это понятие. Я и сам, думаю, еще полгода и больше после фотопрактикума буду решать, что есть сегодня документальная фотография. Это мне кажется продуктивным.

– Алексей, вы сейчас обрисовали ситуацию и с точки зрения организатора, и с точки зрения участников фотопрактикума. Но любому проекту необходим выход вовне. Увидим ли мы, зрители, некий конечный продукт, который будет представлен на наш суд? Чем мне как обывателю будет ценна работа, проделанная на «Визуальных документах»?

– Несомненно, это очень важно, и это, пожалуй, еще одна из наших ключевых задач, – через проекты привлекать внимание общества. Именно через взаимодействие и появляется реакция, происходит диалог. Итог нам видится в виде выставочного проекта и в виде веб-сайта. Запланировано и издание книги. Конечно же, мы создали событие и теперь ожидаем реакции.

Почему для нас это так необходимо? Мы часто говорим, что нуждаемся в изменениях нашего общества, и здесь важно планомерно поговорить о реформах, об этапных шагах. Одно из понятий, с котором нужно сегодня работать, можно обрисовать красивым белорусским словом «абыякавасць». Именно с «абыякавасцю» связано то, что люди не понимают, почему нужно учиться, интересоваться, реагировать. В частности, это можно сказать и в отношении молодых фотографов. Они «абыякавы» к работам других, они не уважительны к ним, так как за безразличием скрывается неуважительность. Не уважительны к труду, к тому, что сделано до них, не считают важным самим разбираться и исследовать. Это, в целом, может относиться к любой профессии. И в данном контексте, говоря об обывателе, мы поднимаем вопрос о том, чтобы спровоцировать людей на реакцию. И через эту реакцию потихоньку, потихоньку работать над понятием уважения к себе.

Нам был нужен интересный материал, и мы его получили. Хочу отметить, что сознательно приглашали на фотопрактикум разных фотографов, привлекали их внимание, важно, что и руководители рабочих групп наравне с участниками сделали свой вклад в визуальный итоговый материал. В результате, мы получили мощный цельный продукт. Неделя активной жизни Минска и Минского района во время празднования Дня независимости, события вокруг него были идентифицированы фотографами и выведены в публичное пространство. Таким образом, мы выстраиваем диалог со зрителем. Нам важно знать их реакцию. Ведь главная задача – это воспитание уважения друг к другу. Мы хотим продемонстрировать, что мы уважаем то общество, в котором мы живем, мы не относимся к нему пренебрежительно, ведь мы – часть этого же общества.

Для того, чтобы провоцировать дискуссию – необходимо относится к нашему обществу, как к открытому. И тогда оно действительно начнет открываться. Вот что мы хотим продемонстрировать нашим проектом в целом, и вот почему нам важно, чтобы его увидел зритель.

Начало уважения – это открытый диалог. И документальная фотография возвращает нас к вопросам нашей жизни, она их визуализирует, демонстрирует для того, чтобы создавать и провоцировать дискуссию. Которая, в свою очередь, учит нас уважать себя и друг друга.

Беседовала Дарья Амелькович

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*